«И на третий день Сын Человеческий воскреснет»
Христос
1.
Мы от святой воды ушли.
Мы уронили небо в бездну.
И фарисейский дух ликбезный
на грех безверья обрекли.
Так и живем в своей юдоли,
не заступая за порог.
И осудить нас каждый волен
и каждый судит нас, как бог.
И жизнь, опутанная ложью,
вне благодатного огня
летит, как вихрь по бездорожью,
как в те три дня.
2.
Три дня тянулись целых три
тысячелетья
после распятья, после тризн,
притч о бессмертье.
Три дня в неведенье текла
вода Кедрона
из гор в проулки до угла
Синедриона.
Три дня хлестал по лицам дождь
упругой плетью.
Всё пропадало ни за грош
с последней смертью.
Три дня апостолы его
скрывались в страхе
в лачуге с крышею кривой
у края краха.
Три дня сжималось небо в ком.
В громах и грозах
стенало всё и вся кругом
и жгло вопросом.
Три дня не знали, куда гресть.
В слепом затменье
земля ждала одну лишь весть –
о воскресенье.
Три дня стояла непогодь.
И явно, без искуса,
в тиши оплакивал Господь
смерть Иисуса.
3.
Смерть – это занавес, задёрни –
и жизнь покажется милей:
чуть легче труд и благотворней
час творчества. И суть вещей
не так темна.
Но в те три дня
мир обернулся статью новой –
как подземелье без огня
и слова.
И выхода из этой тьмы
никто не знал.
Не зарекаясь от тюрьмы
и от сумы, один гадал,
другой вымучивал посланья,
что станут после «От Матфея».
И в полушаге от закланья,
от заклинаний холодея,
стояла ночь на все века,
где у порога в царство Хама
уже сворачивалась драма,
и от речей еретика
толпа валяла дурака.
И блудный сын опять в дорогу
ушел в ту ночь.
Но, слава богу,
что не было конца терпенью.
И мир поверил в воскресенье
в тот светлый день,
когда Христос
вошёл в лачугу с крышей ветхой,
как в книгу Нового Завета.
---
