Редкий подарок преподнесли железнодорожники москвичам к первому из ежегодных Дней исторического и культурного наследия, отмечающихся в столице каждую весну 18 апреля и 18 мая.
На прошлой неделе администрация ОАО «РЖД» приступила к демонтажу Веерного депо Николаевской (ныне Октябрьской) железной дороги, находящегося в пределах станции Москва–Октябрьская-товарная.
Несмотря на то что городские власти в лице Департамента культурного наследия заявили о незаконности работ, а представители общественного движения «Архнадзор» встали у административного здания РЖД в одиночный бессрочный пикет, «Васька» (в лице плохо говорящих по-русски подрядчиков) слушает и… методично продолжает рушить один из редких образцов железнодорожной архитектуры позапрошлого века.
Вымершее племя
Некогда, впрочем, веерные депо считались типичными представителями промышленного зодчества – тем и ценны дошедшие до нас малочисленные экземпляры в основном сгинувшего племени. Помещения для отстоя локомотивов (в паровозную эру эти объемы именовали стойлами) в веерных депо устраивались рядком бок о бок по дуге окружности, в центре которой перед воротами «стойл» размещался поворотный круг.
В Москве в рабочем состоянии вместе с электрифицированным поворотным кругом поддерживается лишь единственное веерное депо – на станции Подмосковная (сейчас платформа Красный Балтиец Рижского направления).
Уцелели стены с фасадами еще нескольких подобных объектов, медленно, но верно приходящих в упадок; на Октябрьской же дороге ближайший из них находится только в Бологом.
К сносу Веерного депо Николаевской дороги в РЖД приступили в позапрошлые выходные. После обращения «Архнадзора» в городской Департамент культурного наследия (ДКН) при вмешательстве ГУВД варварство удалось приостановить.
– Но утром 13 апреля, несмотря на устные обещания главного инженера Московского отделения Октябрьской железной дороги не трогать депо до полного взаимного прояснения ситуации, РЖД самым наглым образом продолжило демонтаж – зная, что по линии как ДКН, так и Объединения административно-технических инспекций готовятся запреты на снос, – рассказал «ВМ» московский историк железнодорожной архитектуры, координатор «Архнадзора» Юрий Егоров.
– Когда охрана РЖД выкинула нас оттуда, мы еще раз вызвали полицию, – продолжает Егоров. – Однако в четверг работы опять возобновились. Присутствовавшие при них представители заказчика предъявили нам документы – но исключительно ведомственные, подписанные самими железнодорожниками.
Здесь вам не тут!
Параллельно столичный Департамент культурного наследия официально сообщил об уже направленном в Мосгорпрокуратуру запросе с целью проверки законности сноса. Как отмечается в пресс-релизе этой структуры, депо находится в утвержденной постановлением столичного правительства 179-й охранной зоне. А сносить что-либо в пределах этих зон по действующим в городе уже шесть с лишним лет правилам можно только при положительной резолюции Комиссии при правительстве Москвы по вопросам сохранения зданий в исторически сложившихся районах, после чего департамент еще должен выдать соответствующее разрешение. Снос же Веерного депо не рассматривался ни на комиссии, ни в департаменте.
Свою точку зрения на происходящее изложила и пресс-служба РЖД. Если верить выпущенному этим подразделением пресс-релизу, здание депо частично мешает прокладке 4-го главного пути, необходимого для увеличения объемов пригородного сообщения на участке Москва–Крюково, и сносят его не полностью, а лишь на четверть. Однако по упомянутым выше проектным документам приговорены 9 стойл из 19 (это никак не 25%), да и 4-й главный путь от Москвы до Крюкова функционирует уже год.
Кроме того, замначальника пресс-службы Ирина Фоминцова поведала нам об отрицательном отзыве на заявку о причислении Веерного депо к памятникам истории и культуры, подписанном 22 сентября 2008 года тогдашним руководителем Москомнаследия Валерием Шевчуком (что не имеет прямого отношения к контексту), и высказала оригинальную версию о том, что вопрос сноса зданий на федеральных землях находится в исключительной компетенции балансодержателя. Когда же мы напомнили Ирине Владимировне, что по последней административно-управленческой реформе середины 2000-х годов все вопросы контроля за содержанием объектов культурно-исторического наследия делегированы субъектам Федерации (одним из которых, как известно, является Москва), г-жа Фоминцова изрекла еще более удивительную фразу:
– А эта земля вообще не Москва. Она выкуплена у города и относится к Российской Федерации. Кроме того, проект сноса получил положительное заключение Главгосэкспертизы РФ, поэтому мы считаем вправе им руководствоваться.
Стратегическое бескультурье
Обнаружить Николаевское Веерное депо, возведенное ровно 120 лет назад Главным обществом Российских железных дорог (хронологически это последняя, самая поздняя постройка данного предприятия), репортерам «ВМ» удалось далеко не сразу.
Полукруглое здание с официальным адресом «проезд Комсомольской площади, 3/36» оказалось зажато многочисленными конторами и диспетчерскими в неправильном многоугольнике, ограниченном путями соединительного перегона Ржевская–Каланчевская, станцией Москва-Октябрьская, стальной магистралью Ярославского направления и внутригородской передаточной веткой между платформами Электрозаводская и Рижская. Обойдя вогнутую часть депо со стороны главных путей Октябрьского хода, мы обнаружили четверку рабочих, при помощи экскаватора разрушавших тыльный восточный сегмент.
Пока двое пролетариев, глуповато улыбаясь, звали на неопознанном наречии начальство, удалось сделать несколько снимков. Затем откуда-то сверху скатился упитанный субъект в оранжевом жилете, знающий по-русски несколько слов (преимущественно матерных). Грязно ругаясь и угрожая самыми страшными карами редакционному фотокору, он в итоге привел еще одного мрачного представителя подрядчика – самого молодого, представившегося Ваграмом, однако наотрез отказавшегося назвать свою должность и фирму, где трудится.
– Предлагаю немедленно покинуть площадку! – внимательно изучив мое удостоверение, заорал тот (пусть и коверкая слова, но все же на относительно понятном языке). – Вы что, не знаете, что железная дорога – это стратегический объект, фотографировать который категорически запрещается?!
Как мог, я объяснил Ваграму, что снимаем мы не дорогу, а доблестных молодчиков, разрушающих здание без единого опознавательного знака. Кроме того, на всем пешем пути от перронов Ленинградского вокзала до стен старенького депо нам не попался ни один представитель режимной службы, который бы заявил о неких ограничениях, а статью Конституции о свободе передвижений в России пока вроде бы не отменяли…
Дискуссия на том и закончилась, и ее участники разошлись, довольные собою и друг другом. Строителей-разрушителей ждала интересная работа. А нам… Ну не распинаться же, в самом деле, на темы истории архитектуры перед гастарбайтерами, отлично осведомленными о стратегическом характере точки приложения своих сил?
Автор: Дмитрий АНОХИН
